Общество

Оперативный псевдоним: Тайны бункера “Темнейшего”

Оперативный псевдоним: Тайны бункера “Темнейшего”

Что лучше характеризует мужчину, как не его враги? И если у тебя во врагах ходит сатанинское сборище западных извращенцев, то ты уже можешь сказать, что не зря живёшь на этом свете. От нейтрального Who is Mr. Putin до враждебного “Темнейшего” – история эволюции прозвищ Русского Президента в день его юбилея от западных врагов Владимира Путина.

Эпоха правления Владимира Владимировича была для страны непростой и далеко не безупречной. Однако всё познаётся в сравнении. И сегодня, анализируя, кто мог вместо Путина стать “преемником” и во что это бы вылилось для России, нельзя не признать, что произошедшее в конце 1999 года стало для страны большой удачей.

Сегодня Путин – это знамя вполне определённого геополитического направления, которое можно назвать “не желающие лизать американские сапоги”. Именно поэтому его ненавидит “коллективный Запад”. Но тут уж, как говаривали римляне, “пусть ненавидят, лишь бы боялись”.

Владимир Путин. 2000 год. Фото: via www.imago-images.de/Globallookpress

Puty-Put

О многом могут сказать про человека те прозвища, которыми награждали его враги. У Путина таковых было немало. Не будем акцентировать внимание на прозвищах начального “питерского” периода его политической деятельности, когда одни подобострастно именовали Владимира Владимировича “вице-Собчак”, а другие за глаза “Штирлиц” и “Штази”, намекая на кагэбэшное прошлое и работу в Германии.

Но вот Путин стал президентом. И первое прозвище дал ему бывший президентом США в 2001–2009 гг. Джордж Буш, называя за глаза Puty-Put. Звучало это мило, нестрашно и несколько унизительно – этакий молодой “Горби”. Вероятно, именно так Путина поначалу и воспринимали на Западе – как преемника “навсёсогласного” Ельцина и более мелкого по калибру продолжателя его дела. То, что они ошиблись, поняли не сразу, а только после Мюнхенской речи 2007 года. Которая, разумеется, ещё далеко не была заявлением о претензиях России на суверенитет, но в устах главы территории, которую в вашингтонской орде давно привыкли считать своим покорным улусом, даже намёк на автономию и какие-то там национальные интересы туземцев воспринят был как форменный бунт.

Да, сочинительствуют те придворные льстецы, которые сегодня пытаются представить Путина этаким Штирлицем, засланным в либеральный лагерь патриотичными силовиками, чтобы развалить его изнутри. Нет, тем Путиным, которого мы знаем сегодня, Владимир Владимирович в начале своей политической карьеры, разумеется, не был. Как любой нормальный человек, он был подвержен и воздействию доминирующих в период развала СССР взглядов, и влиянию людей (в большинстве – отъявленных либералов), с которыми работал.

Однако осмысление реальности и эволюция взглядов шли у него неизменно, и весьма “плюшевая” по сравнению с нынешними Мюнхенская речь была первым проявлением этого. После того выступления Запад не просто “списал” Путина как “продолжателя дела Ельцина”, но и занёс его в категорию врагов. А ведь речь тогда, в период господства идей т. н. “суверенной демократии”, шла всего лишь (!) о построении в России такого же Запада, но под руководством собственных элит и с учётом национальной специфики.

“Темнейший”

Окончательный разрыв России с Западом, если верить откровениям экс-посла США Макфолла в интервью Ксении Собчак, произошёл задолго до Крыма и Донбасса – в конце 2011 года, когда Путин, вопреки чётким указаниям “вашингтонского обкома”, желавшего оставить во главе России куда более управляемого Дмитрия Медведева, пошёл-таки на президентские выборы. Причём организованные для их срыва “болотные” протесты не помогли. С этого момента Россию на Западе обозвали (по Джону Толкиену) Мордором, а Путина, соответственно, “Темнейшим” (по аналогии с “Тёмным лордом” того же Толкиена).

Именно это, как им казалось, обидное прозвище вовсю цитировали и на Западе, и прозападные либералы в России. Не понимая, что у русских это работает “в плюс”. Ибо если западное “царство света” – это моральная диктатура извращенцев, безумство с “выбором гендера”, “родителем №1” и “родителем №2”, лобызанием башмаков неграм и прочими “передовыми западными ценностями”, то быть противостоящим всей этой мерзости Мордором даже почётно.

Фото: Komsomolskaya Pravda/Globallookpress

“Бункерный дед”

Нельзя не упомянуть и такое относительно свежее прозвище Путина, как “Бункерный дед”, которое прилепили ему сторонники Навального*, имея целью максимально дискредитировать президента в глазах народа. Мол, как самоизолировался в период ковида в бункере, так и сидит, не выходя. Ну, а “дед” – намёк на возраст: мол, пора дать дорогу молодым и либеральным – тому же Навальному*, например.

Насчёт намёка на возраст – это, как говорится, “чья бы корова мычала”: при разбитом альцгеймером и беседующем с духами полубезумном старце в кресле президента США говорить о возрасте вполне адекватного и здорового Путина просто смешно. Что же касается “запертости в бункере”, то не далее как недавно весь мир наблюдал нашего президента и при подписании договоров о присоединении четырёх новых регионов к России, и на массовом митинге, этому событию посвящённом.

“Путлер”

Про звучащее как ругательство прозвище “Путлер” и говорить не будем: в устах через одного имеющих предков-нацистов представителей современных европейских стран, когда-то дружно за Гитлера воевавших и нами битых, а ныне захлёбывающихся от абсолютно нацистской по сути русофобии, любые попытки пристегнуть к Гитлеру кого-то другого звучат примерно как речь о защите детей в исполнении маньяка-педофила.

Столь же по-идиотски выглядит и пассаж полубезумного Байдена, называющего в частных беседах Путина “парнем с ядерным оружием и без друзей”. Насчёт ядерного оружия – всё верно, а вот насчёт друзей… Надо быть американским президентом, чтобы всерьёз считать “всем мировым сообществом” страны Запада с 15% мирового населения, не считая за людей всё остальное “неправильное” человечество. Впрочем, со старого, периодически впадающего в маразм дедушки Байдена что возьмёшь?! 

Who is Mr. Putin?

Вопрос этот был задан на Давосском форуме в конце января 2000 года журналисткой Труди Рубин. Задан он был на английском языке и адресовался находящемуся там же Анатолию Чубайсу, который промолчал, как и все члены российской делегации. Зал посмеялся. Знали бы они, каким боком выйдет им этот смех!

К Путину можно относиться как угодно, однако нельзя не признать, что Россия 2000 года, которую принял в управление Путин, стояла на краю пропасти. И не свалилась туда в значительной степени благодаря ему. Экономика – в коллапсе. Доразворовывание советского наследства идёт полным ходом. Недра – в руках нескольких олигархов, причём принятое ещё в 1995 году “Соглашение о разделе продукции” передавало крупнейшие месторождения в “международную” (читай – в западную) юрисдикцию. Думаете, случайно, что первое, чем занялся Путин, – это возвращение нефтегазовых доходов в собственность государства? Да, и ростом нефтегазового экспорта, потому что при развале экономики больше взять денег было неоткуда.

Разумеется, до самого последнего времени такой уж серьёзной проблемой для себя Запад Путина не воспринимал. Более того, в период обострения отношений с Россией Путин оказался весьма полезной фигурой и для Запада, который совершенно не горел желанием брать на себя вину за рассыпающийся на глазах нынешний миропорядок и потому остро нуждался в образе голливудского “воплощения абсолютного зла”, на которого можно было бы всё это свалить. Что и было сделано с использованием всё той же пропагандистской машины. И даже сегодня, когда из-за ими же введённых санкций, перекрывших газовые поставки из России, у европейских экономик и социалки возникли более чем серьёзные проблемы, объяснение даже не надо придумывать:

Виноват Путин. Вёл бы себя хорошо, не вводили бы санкции, и сами же от них бы не страдали.

И ведь верят!

Фото: ТАСС/kremlin.ru

Не подлежит сомнению, что, пребывая во власти, Путин заметно эволюционирует идеологически, причём в ту сторону, в которую нам всем хотелось бы. Ведь от “преемника Ельцина” даже до адепта “суверенной демократии”, а тем паче до русского патриота и сторонника традиционных ценностей – дистанции огромного размера. Да, так сложилась международная обстановка, и действовать иначе можно было, только выступая откровенно против России. Всё так, но ответьте нам: кто из представителей высшей элиты (а иных у нас к принятию решений не допускают в принципе) мог и, главное, решился бы сделать хотя бы половину того, на что решился и что сделал Путин? Нам таковые неизвестны: даже у немногих “элитных” патриотов, скажем прямо, “и труба пониже, и дым пожиже”.

Так что в целом приходится признать, что попадание Путина в кресло главы государства явилось для всех нас едва ли не лучшим из возможных вариантов. Не “всех возможных”, заметьте, а возможных реально. Главное, что при всех проблемах и ошибках Путин не бросил начатое в своё время дело на полпути, не заявил, как до него чуть не угробивший страну Ельцин, “я ухожу, я устал!”

Что с того?

“Первый русский”, как известно, никогда не входил в число “жадною толпой стоящих у трона” и никогда не стеснялся критиковать власть, если та была не права. Однако если власть (пусть даже и далеко не всегда) делает то, что жизненно важно для России, мы будем её поддерживать. Именно поэтому “Первый русский” – за Путина, за спецоперацию и за начатое непримиримое противостояние со всё более скатывающимся в инфернальный сатанизм Западом.

Сегодня всё это вместе именуется в мире “путинским курсом”. А посему – сил Вам и здоровья, Владимир Владимирович, для проведения этого курса. Мы ни в коем случае не хотим допустить, чтобы в России стало “меньше Путина”, напротив – мы за то, чтобы Путин становился “ещё больше Путиным”. Тем Путиным, который нужен сегодня нашему Отечеству.

* Алексей Навальный – внесён в России в перечень экстремистов