Политика

Плохой хороший депутат. После бегства слуг народа из России пора действовать

Плохой хороший депутат. После бегства слуг народа из России пора действовать

Мы очень часто говорим о большой чистке во власти, ожидая её сверху. Но зачем ждать? После бегства ряда слуг народа из России пора действовать самим, правильно расставляя акценты в извечном «плохой хороший депутат».

В сентябре в России традиционно проходят выборы на разных уровнях. Москвичи, конечно, в стороне не останутся от общего электорального процесса – на кону выбор муниципальных депутатов. 

Насколько важна роль местных депутатов? Кого мы выбираем и что зависит от нашего выбора? Нам важно понимать, за кого мы будем голосовать – ведь именно мундепов мы должны будем призывать к ответу, если наши требования навести порядок останутся без внимания.

Для чего идут в депутаты “протестные” кандидаты? За трибункой!

Эту тему в программе “Мы в курсе” ведущая Елена Афонина обсудила с политологом Александром Асафовым.

Елена Афонина: Перед нашим разговором я зашла на ваш сайт и посмотрела, кого мы будем выбирать и как у нас обстоят дела с муниципальными депутатами. Как мы помним, в Красносельском округе была Елена Котёночкина, сбежавшая из Москвы, а также Алексей Горинов, получивший семь лет колонии за дискредитацию нашей спецоперации и русских военных. На сайте муниципалитета мы всё ещё можем увидеть их “светлые лица”, то есть они  числятся в муниципальных депутатах или кто-то просто решил: всё равно скоро выборы, пусть висят. Это что, такая нерасторопность или муниципальный депутат, даже сидящий в тюрьме, всё равно остаётся муниципальным депутатом? Я не понимаю этой логики.

Александр Асафов: Отзыв мандата – это определённая правовая процедура, которая занимает время. Известны случаи, правда, не в Москве, когда депутат довольно продолжительное время считался депутатом даже после своей смерти.

Что касается персонажей, которых вы упомянули, то по ним, я думаю, необходимые решения уже приняты, но мандатов их лишать не будут, потому что через пару недель и даже уже меньше у нас будут новые выборы и новые депутаты.

Насколько мне известно, в качестве кандидатов они не выдвигаются, поскольку лишены пассивного электорального права из-за правонарушений, которые совершили.

Александр Асафов: “Протестная” публика идёт в депутаты не для того, чтобы служить людям, а чтобы получить трибунку. Фото: Царьград

– А что вообще зависит от муниципального депутата, Александр Николаевич? И будут ли избираться в этом году “протестные” кандидаты от всяких “Яблок”, “Парнасов” и прочих подобных партий? И почему они рвутся так на этот низший депутатский уровень? Чего они добиваются?

– Я начну с последнего вопроса, потому что с него всё начинается и им же заканчивается. Вся эта публика в 2017 году, когда были выборы депутатов муниципальных собраний, была более разнообразна и разношёрстна. Там были уже полузабытые фамилии, тот же Дмитрий Гудков*.

Они решили, что получение массой таких граждан любого политического статуса автоматически предоставит им трибунку. Ведь теперь, скажем, Илья Яшин* – это не просто вечнозелёный, вечно начинающий политик, а целый депутат Красносельского района. И это якобы усиливает его голос, который должен бы зазвучать громче.

И таких фамилий можно перечислить ещё с десяток. Но сегодня бо́льшая их часть уже покинули Россию, некоторые получили административные и уголовные наказания за деятельность, не связанную с муниципальным депутатством.

И именно эта иллюзия, что муниципальное депутатство – это не служение людям, своим соседям, это не выполнение задач развития района, а некая маленькая трибунка, когда это уже не просто какой-то человек из социальной сети, а ещё и муниципальный депутат, их так и притягивает.

Но у наших людей сейчас растёт электоральная грамотность, они стали лучше ориентироваться в политике, граждане понимают, зачем нужен муниципальный депутат. Для того, скажем, чтобы поставить во дворе шлагбаум, чтобы не могли парковаться не проживающие здесь граждане.

Или для того, чтобы проследить, качественно ли делается капремонт – его у подрядчиков принимают муниципальные депутаты, а могут, указав на недоработки, не принять. И среди всей этой массы вопросов нет ни одного политического.

В работе мундепов политики минимум. Но кто-то думает иначе

– Позвольте с вами не согласиться по поводу отсутствия политических вопросов. Вспомните, на чём погорели Котёночкина и Горинов? Они обсуждали проведение праздничных мероприятий в районе, посвящённых 9 мая, конкурс детского рисунка. И что они тогда сказали? А дальше – одна сбежала, а другой сел на 7 лет. Разве это не политика сейчас – отбор артистов, тендер на проведение мероприятий?

– Нет, конечно, это не политика. Но они приняли своё своеобразное политическое решение, на котором, собственно, и погорели. Если бы они осуществляли свою функцию как представители избирателя, если бы они спросили людей, что люди хотят получить 9 Мая и как это провести, не вмешивая сюда свои политические искажённые взгляды, амбиции и позиции, то, соответственно, последствий для них таких бы не было.

Здесь они как раз это политическое и привнесли в достаточно несложную работу муниципального депутата по представлению интересов жителей. Но интересов жителей в их деятельности не было нисколько. Они представляли свои собственные интересы. Ну, и это для них имело понятные последствия.

Я ещё раз отмечу: несмотря на то что кандидаты в муниципальные депутаты выдвигаются от политических субъектов, от политических партий и так далее, в самой работе депутата минимум политики. Хотя, конечно, многим представителям политических сил, включая парламентскую оппозицию, хотелось бы вот это политическое усилить.

По улицам пуму водили. Чёрный пиар для кандидата?

– Значит, человек, выдвигающий свою кандидатуру на муниципальные выборы, должен слышать своих избирателей, понимать их проблемы. А не как кандидат из Московской области, который поскандалил с местными жителями, которые потребовали от него, чтобы он свою домашнюю пуму выгуливал в наморднике. После этого, конечно, раздули скандал, да и действительно, не дело это – гулять по парку с пумой на поводке. Но кандидат в депутаты считает, что выгуливать хищника в наморднике – это жестоко.

– Уточню: это Можайский район города Москвы, не Подмосковье. Это, возможно, наш с вами сосед. Я не могу дать тут какую-то морально-этическую оценку. Потому что понятно, что человек нарушает несколько статей законодательства. У нас есть правила содержания подобных животных, есть правила их выгула. И тут вопрос, конечно, к правоохранительным органам.

Если по-человечески, то, конечно, люди все разные. Порой их поведение нам кажется недопустимым. Но то, что происходит сейчас в ходе избирательной кампании – только часть айсберга, которая стала известна благодаря СМИ.

Мне, к примеру, кандидаты присылают друг на друга сообщения о поступках, которые они считают недостойными. Чего только там нет, вплоть до порнографии. Люди разные, подчас даже очень странные. Среди кандидатов немало тех, кого можно даже без консультации с врачом назвать городскими сумасшедшими.

Хотя в случае с пумой это может быть, конечно, и расчётливый ход, для того чтобы получить федеральную популярность. Поскольку и мы с вами о нём говорим, и на больших лентах новостей я тоже уже видел это сообщение.

Люди среди кандидатов разные. Но большинство поддерживает СВО

– Я понимаю, чёрный пиар – это, конечно, лучше, чем никакого, это мы прекрасно знаем, и любое упоминание лучше, чем молчание. Но скажите, пожалуйста, а вас не смущает, что можно прогуливаться с пумой по городу, привлекая внимание? Можно, как сын депутата из Асбеста, кричать на людей, называя их грязью, а себя властью. Да что угодно можно!? Но почему-то ни один кандидат не разместил на свои деньги билборды с лицами героев специальной военной операции. Частный бизнес это как-то делает. Кто-то наших военных в Белгороде кормит на свои деньги, чуть ли не столовую организует, чтобы ребяткам было что поесть – горяченького, свеженького. Кто-то ещё что-то делает.

Скажите, пожалуйста, без упоминания имён и фамилий, хоть один из кандидатов что-то в этом направлении сделал? Он как-то свою позицию обозначил? Он показал своим будущим избирателям: ребята, я тот, кто не просто готов шлагбаум в вашем дворе делать, но я тот, к кому не будет вопросов, надо или не надо 9 Мая устраивать мероприятия.

– На сегодняшний день в 125 районах Москвы в 313 избирательных округах зарегистрировано больше 6 тысяч кандидатов. И среди них есть очень разные люди. А мандатов всего 1417, к слову.

Конечно, среди них есть те, кто публично выражает свою позицию по отношению к специальной военной операции, позицию поддержки, участвуя, например, в проектах “Мосволонтёра”. Есть люди среди кандидатов, которые неоднократно посещали освобождённые территории.

Понятно, что глаз притягивается всегда в первую очередь к негативным новостям, но люди ведут свою рутинную полезную работу, помогая окружающим и тем, кто участвует в СВО. Многие из них волонтёрят.

Но справедливости ради стоит сказать и о том, что из этих 6 тысяч кандидатов есть и те, кто высказывается против спецоперации. Но делают это они пока достаточно аккуратно, чтобы не столкнуться с правовыми последствиями.

При этом эти кандидаты уверены в том, что в обществе найдутся избиратели, которые их поддержат и за них проголосуют именно из принципа скептицизма по отношению к государственной позиции.

Но первых, конечно, значительно больше. Социология показывает, что наше общество по этому вопросу консолидировано. Поддержка решения о проведении специальной военной операции под 80% – это вциомовские последние цифры.

*Включён в реестр физических лиц, выполняющих функции иноагента.

Программа “Мы в курсе” выходит на “Первом русском” каждый будний день в 12:00. Не пропустите!