Общество

По закону сицилийской мафии: Система образования скрывает школьных убийц

По закону сицилийской мафии: Система образования скрывает школьных убийц

Перед 1 сентября все школы страны проверяют на соблюдение мер безопасности. Рамки, тревожные кнопки, охрана, новомодные системы распознавания лиц. Но технические средства не смогут остановить того, кто пришел убивать. Как они не остановили, например, “казанского стрелка”. Об этом читайте в материале Царьграда.

Во время спецоперации украинские спецслужбы активизировались, склоняя в интернете русскую молодёжь к совершению разного рода терактов. Об этом заявил 9 августа директор ФСБ России Александр Бортников. Скулшутинг, или “Колумбайн”* – в списке этих диверсий, как одно из запрещённых течений в социальных сетях. 

На днях суд продлил срок содержания под стражей для 19-летнего Ильназа Галявиева из Казани. Напомним, в мае прошлого года он пришёл в свою бывшую гимназию и начал стрелять в каждого встречного. Вахтёр успел нажать тревожную кнопку, директор предупредила всех по громкой связи, и множество классов были закрыты. Но четырём мальчикам, трём девочкам и двум учителям это не помогло. После задержания Галявиев в бреду повторял:

Я всех ненавижу… всех ненавижу.

Спустя четыре месяца 18-летний студент Пермского госуниверситета Тимур Бекмансуров, вооружившись дробовиком, пришёл в свой вуз. Контрольный пункт на входе он просто разнёс несколькими выстрелами, перепрыгнув через турникет. Убиты шесть, ранены 24 человека.

Годом ранее в посёлке Большеорловское Нижегородской области 18-летний Даниил Монахов застрелил четверых. Первые выстрелы он сделал в родную бабушку, пытавшуюся остановить внука. Выскочил на улицу и стал палить картечью по прохожим и по автобусу, который подъезжал к остановке. Трое скончались на месте, троих увезли в больницу. Стрелок вынес себе приговор, покончив с собой в нескольких шагах от дома. Как выяснилось, Монахов собирался устроить расстрел в колледже…

Что объединяет этих убийц 

По свидетельству соседей и одноклассников, все они были тихими. Семьи разные по статусу, но благополучные. Да, странности в поведении отмечались, но списывались на переходный возраст: не в компании уголовников время проводит, и ладно. 

Но, как выяснилось, однокурсники Монахова знали, что тот увлекается “Колумбайном”*, и шутки у него были специфические, всё про смерть и про кровь. Со сверстниками он особо не общался.

Бекмансуров и Галявиев в школе не конфликтовали ни с кем. Но и не дружили. Оба признаны вменяемыми и раскаялись в совершённом.

Много чего могло меня остановить в тот день на самом деле, 

– заявил на заседании Галявиев. 

Действительно, что, кроме технических средств, можно противопоставить скулшутингу?

Красивые отчёты ценою в жизнь

Министерство образования России в прошлом году спешно занялось профилактическими мерами по раннему выявлению экстремизма. Каким образом? Анонимным анкетированием. 

Например, в Самарской области в прошлом году опросили старшеклассников и учащихся первых и вторых курсов профтехучилищ и колледжей. Анкеты были составлены с определённым уклоном. Вопросы касались национальностей и “наличия социальной дистанции между учащимися разных этнических групп”. Чиновники радостно отчитались: “Результаты опроса легли в основу работы по укреплению межнациональной дружбы”.

Но преступник национальности не имеет. И “стрелки”, о которых мы здесь пишем, не делили людей по принадлежности к нациям. 

Подростки не доверяют взрослым и в анкетах, особенно анонимных, могут написать то, что считают безопасным для себя, чтобы не “спалиться”. Такой подход выглядит наивным. Это видимость работы ради красивого отчёта, 

– рассказал Царьграду источник в правоохранительных органах Самары, который плотно занимается этой проблемой.

Про систему школьных психологов наш собеседник говорит так: “Она не работает”. Штатные единицы есть не в каждом учебном заведении. Зарплаты  минимальные, а значит, идут туда вчерашние студенты без опыта. Но для выявления действительно опасных признаков требуются профессионалы.

Эта система нуждается в значительной доработке, в том числе методической. Детям нужен психолог, потому что чаще всего с родителями у них доверительного контакта нет,  

– отметил специалист.

Закон “омерты”

Основная проблема, которую выделяют силовики, – замалчивание проблемы:

Если в школе формируются негативные предпосылки, то руководство старается спрятать ситуацию.

Директорам лишняя головная боль ни к чему. На это надо тратить силы, время, разбираться, писать отчёты. Проще дотянуть класс до выпускного или нажать на родителей и спихнуть тревожного ученика в другую школу. 

Это называется “Законом омерты” (итал. omertà – “взаимное укрывательство, круговая порука”). Так именуют кодекс молчания у сицилийской мафии: полный отказ оказания помощи государству, типа, сами разберёмся. Вот так, невольно директора наших школ перенимают… мафиозные замашки.

Заборы – трата денег

По мнению наших экспертов, ни запрет на продажу оружия, ни колючая проволока вокруг школ проблему не решит. Скулшутинг вырастает из травли детей сверстниками, равнодушия взрослых. А значит, необходимо не просто оказывать образовательные услуги, а выстроить правильную систему воспитания. То, что было в советских школах и от чего наши чиновники отказались.

К профилактике до́лжно привлекать специалистов из силовых ведомств. Мы можем составить правильные анкеты и дать нужные рекомендации по работе с подростками. У нас есть опыт, а у чиновников Минобра – нет. 

Нужно из всех утюгов доносить до людей: обращайтесь в правоохранительные органы, если есть подозрения.  Классический случай. Учащийся одного из колледжей Самары получил отказ от любимой девушки. Озлобился, отдалился от всех, начал читать и транслировать в интернете всякие глупости. 

Нам о нём сообщили неравнодушные люди. Мы с ним несколько раз побеседовали и вернули его к нормальной жизни. 

Таким образом силовики за год поработали с двумя десятками молодых самарцев, вернув их на нормальный путь.

Как вычислить “стрелка”

Правоохранители вывели психологический портрет опасного подростка. Самые тревожные сигналы: 

– проявляет интерес к сайтам и группам, пропагандирующим насилие, способы изготовления оружия, пиротехнических изделий, покупке оружия; 

– взял в соцсетях псевдоним известного убийцы (можно проверить в интернете);

 – репостит и пишет материалы, выражающие агрессию, одобряющие насилие, ненависть. 

Учителя и родители могут определить тех, кто склонен к деструктивному поведению, даже без анкет:

– Копирование в одежде и внешности стиля массовых убийц. Классика жанра: военные высокие ботинки, чёрные майки с красной надписью, плащ, нарочито взлохмаченные волосы или выбритые виски и чуб. 

– Смена поведения. Молчаливость или стеснительность сменяется эмоциональными вспышками, появляется замкнутость, озлобленность. 

– Падает уровень сочувствия и сопереживания.

* Движение признано террористическим и запрещено в России.