Происшествия

«Тетя сказала: пойдем в магазин»: женщину, пытавшуюся увести ребенка с детской площадки в Москве, проверят на полиграфе

Инна показывает детскую площадку, где все произошло

Инна показывает детскую площадку, где все произошло

Фото: Александра БУДАЕВА

– Я думаю, это работает целая ОПГ. Может, они детей на органы продают, может, просто бездетным людям. Я до сих пор почти не сплю, все думаю: ведь я могла потерять свою дочь! – страсти вокруг похищения 4-летней дочки Инны Багрениной кипят нешуточные. И подогреваются выступлениями в СМИ ее самой и ее адвокатов.

ПО ПУТИ ПОХИЩЕНИЯ

Напомним, 19 августа Инна Багренина пришла не детскую площадку с четырьмя детьми. Старшие убежали к друзьям, с младшими они немного задержалась на входе, чтобы поздороваться с другими мамочками. В это время ее дочку – 4-летнюю Алису с площадки за руку увела неизвестная девушка. Старший брат – 10-летний Саша – это увидел, позвал маму на помощь, она догнала, вернула дочь и удерживала предполагаемую похитительницу до приезда полиции.

Вместе с Инной мы проходим этот путь. Вот, справа от входа лавочки, возле которых она остановилась, чтобы поболтать с подругами. Метрах в 20 на качелях сидела Алиса. Тогда мама потеряла малышку из виду – обзор закрывает конструкция с горками. Рядом с качелями, на небольшой огороженной площадочке, играл с друзьями Саша, который и спас сестренку от странной незнакомки. Дети там гоняют мяч и сейчас. Почти все они в курсе того, что произошло.

– Я рядом сидела, все видела, – тихонько говорит мне Лера. – Но я думала, что это ее тетя. Она сидела рядом, потом встала, молча взяла Алису за руку, и они ушли. А потом Саша начал кричать, и я поняла, что тетя была чужая.

На этих качелях сидела Алиса

На этих качелях сидела Алиса

Фото: Александра БУДАЕВА

– Я у дочки потом спросила: «Ты почему сама не закричала-то?». А она мне говорит: «Тетя сказала: «Идем в магазин», я и пошла». И самое страшное: я понимаю, что мой младший сын, Лешка – такой же доверчивый. Сколько бы я ни объясняла, что нельзя разговаривать с незнакомцами. Поэтому я и считаю, что женщину эту нужно посадить надолго: кто знает, что у нее на уме и с кем в команде она работала. Нужно обязательно найти их всех!

КТО ТАКАЯ СОХИЖАДОН

Пока мы обсуждаем все это, неподалеку от нас трудятся мигранты: мусор убирают, площадку подметают. Инна в какой-то момент срывается и кричит на них, чтоб перестали следить за ней и ее семьей. Сначала это кажется легкой паранойей («Мы же выходим гулять почти всегда в одно и то же время, они могли поджидать Алису»), но вслед за обеспокоенной матерью и я начинаю присматриваться к приезжим. И действительно, они держатся недалеко от нас, и кажется, что внимательно слушают: эмоциональная Инна говорит довольно громко.

На этих качелях сидела Алиса

Инна догнала похитительницу уже у магазина

Фото: Александра БУДАЕВА

Позже, оставшись одна, я подойду к ним, чтобы узнать, что они думают обо всем этом и знают ли девушку лет 20-ти по имени Сохижадон, которая неделей ранее увела с площадки чужую девочку. Беседы не получается: мигранты делают вид, что не говорят по-русски.

Дом, в котором живет предполагаемая похитительница, расположен недалеко детской площадки, где все произошло. Мужчина, курящий «электронку» на лавочке, говорит, что о похищении ребенка ничего не слышал, но с готовностью пропускает нас в нужный подъезд.

Поднимаемся на этаж к Сохижадон. Подъезд чистенький, ее квартира – в кармане еще с двумя. Двери никто не открывает. Наконец, после 10 минут настойчивых звонков выходит сосед – представительный седовласый мужчина. Русский.

– Нет, я не знаком с соседкой, видел ее от силы пару раз. Не знаю, с кем живет. Давно ли? Ну кто знает, все относительно, – и мужчина закрывает дверь у нас перед носом.

На этих качелях сидела Алиса

Дверь — это вход в карман, где расположена квартира предполагаемой похитительницы

Фото: Александра БУДАЕВА

ВЕРСИЯ ВТОРОЙ СТОРОНЫ

– Она говорила следствию, что моя дочь попросила сходить с ней в магазин и купить сухарики, – Инна задумчиво смотрит на дверь, как будто взглядом пытается достать оттуда Сохижадон. Ни полиция, ни Следственный комитет, который занимается сейчас этим делом, задерживать ее не стали.

– Алиса действительно могла об этом попросить? – уточняю я.

– Она и сухарики-то никогда не пробовала, ей всего четыре года, она не знает, что это такое, – горько усмехается Инна. – И разговаривает она плохо, дефект речи. Ей даже «Мама» сказать – проблема.

Инна и ее дети уже дали показания в Следственном комитете. Возможно, опрошена и вторая сторона, но получить от Сохижадон и ее представителей какие-либо комментарии на момент публикации нам не удалось.

На этих качелях сидела Алиса

Предполагаемая похитительница

ОФИЦИАЛЬНО

«Следствие проверит все обстоятельства»

Юлия Иванова, старший помощник руководителя (по взаимодействию со СМИ) ГСУ СК РФ по городу Москве:

– 22 августа многодетная мать обратилась в правоохранительные органы с заявлением о привлечении к уголовной ответственности женщины, которая увела ее малолетнюю дочь с детской площадки. В ходе проверки установлена личность этой женщины, она пояснила, что намеревалась купить для ребенка угощение, так как ранее неоднократно уже приобретала для детей еду. Ей будет назначено и проведено психофизиологическое исследование с применением полиграфа. Записи с камер видеонаблюдения изъяты и отсмотрены, очевидцы опрошены, как и дети заявительницы. Материалы проверки переданы в первое управление по расследованию особо важных дел столичного управления.

КОМПЕТЕНТНО

«Возле каждого ребенка полицейского не поставишь»

Михаил Игнатов, бывший оперативный сотрудник РУБОП МВД России по Москве:

– Лично я не верю в версию про сухарики. Если девочка хотела сухарики, она бы попросила их у мамы. На мой взгляд, имела место попытка похищения ребенка. Вполне возможно, что возле входа в магазин их ждала бы машина, на которой девочку вывезли бы из Москвы. Зачем? Возможно, чтобы продать какой-нибудь богатой бездетной паре. К сожалению, возле каждого ребенка полицейского не поставишь, поэтому родителям надо внимательно следить за своими детьми. А еще учить их, что тети и дяди бывают плохие, и нельзя идти с ними за конфеткой, «посмотреть котят или щенят» или в магазин за мороженным и сухариками. Нужно сразу громко кричать и убегать. И сотрудникам подразделения по делам несовершеннолетних в детских садах и школах нужно говорить о том же: незнакомцам нельзя доверять.