Начало: жми здесь. —Кружево! Ну, сделай кружееево, — тихо шипела Глаша, сворачивая рулончиком ядовито-розовые панталоны. Они были из плотной ткани, до колен, с изящной вышивкой и маленькими бантиками по бокам. Уже второй месяц Туманный Мир издевался: вместо лёгких кружевных трусиков, Солярис штамповал Глаше фантазийные панталоны 16 или 17 веков. От оригиналов эти произведения искусства отличались жуткими расцветками. Ну, вряд ли хоть одна из королев носила ярко-розовую жуть с вышитой птицей на пятой точке! Даша фыркнула и рассмеялась в кулачок. Нет, сама по себе вышивка была великолепна: стежки лежали ровной гладью, нитки блестели, оттенки — переливались. Птица казалась живой. Так что к мастерству Туманного Мира нареканий не было. Но вот сама…

Начало: жми здесь. Туманная мгла цепко держала в своих объятиях демона, позволяя ему беспомощно барахтаться, дёргаясь в серых гранях планеты-ловушки. Но хоть не препятствовала общению с человечкой… Спасибо и за это. Не желая дарить обманчивую надежду, Инкуб хотел уже попрощаться с девчонкой, понимая: чем дольше он с ней разговаривает, тем сложнее им будет расстаться, тем больнее станет потом, когда мгле надоест благотворительность и она вновь закуёт своего пленника в кандалы одиночества. Но человечка, прежде тихая и скромная, вдруг преобразилась. Она внезапно стала собранной, строгой, и пробормотав что-то то ли про «клятву Гиппократа», то ли про «кодекс Партократа», инкуб не разобрал, стала вслух придумывать и предлагать разные решения. Подчас креативные на…

Начало: жми здесь. Серый мир путал следы и менял направления, не было понятно где верх, а где — низ. Гравитация, как физическое явление, обошла стороной эту планету. Мир напоминал сгусток тумана, который держится огромным полупрозрачным шаром исключительно по привычке. Дарай ибн Ошинази парил где-то ближе к центру, скрестив руки на груди и распустив крылья. Демон сладострастия был задумчив. Даже мрачен: в этом мире он не бывал. Более того: он о нём никогда не слышал. Все его попытки вырваться за пределы серой туманности терпели крах: мягкая субстанция, которую он сначала принял за обычный водяной пар, обладала невероятной магией: она гасила любые заклинания, которые Инкуб посылал за пределы серого мира. Впрочем, умереть…

Начало: жми сюда. Демон сладострастия вальяжно лежал на крыше мраморного дворца, подперев голову рукой и неторопливо ел виноград. Изящные длинные пальцы лениво отрывали одну ягодку за другой, иногда замирая в воздухе — это черноволосый красавец, мучимый любопытством, склонялся чуть вперёд, желая в подробностях рассмотреть происходящее внизу, аккурат на площадке перед дворцом. А там шла банальная драка. Впрочем, трудно назвать «банальным» выяснение отношений между драконами. Вернее, драконицами. Как и собирался, Инкуб Дарай ибн Ошинази от оборотней сбежал в Мир Драконов. Грациозные огнедышащие твари никому не уступали в темпераменте: сил и энергии у них было хоть отбавляй, стыдливостью они никогда не страдали, а Этикет ни в грош не ставили. Из правил действовало…

Начало: жми сюда. —Нет, сейчас вы не можете трогать меня за грудь, — строго нахмурилась прекрасная эльфийская принцесса и разочарованно покачала головой, — Как утверждает «Всеэльфийский Великий Этикет», сначала вы должны поцеловать кончики моих пальцев! Воздушным поцелуем! Потом — первые фаланги указательного и среднего пальцев! Тоже — воздушным поцелуем! А потом… — А потом, наконец, и Ваши алые уста, моя прекрасная Чаровница? — раздался хрипловатый глубокий мужской голос. Он вызывал головокружение и мурашки на коже любой женщины, к которой был обращён. Кроме благородных эльфиек. Те были сдержаны, высокомерны, холодны, как изящные мраморные статуи. — Нет, — это разрешено только на двадцать третьей странице «Всеэльфийского Великого Этикета»! Раньше — нельзя! —…

Начало: жми сюда. Вечер, напоённый зноем, пах акацией и чайной розой, в жёлтом свете уличных фонарей сладострастно кружились мотыльки и ночные мошки. На крыльцо травмпункта, набрасывая на плечо ремешок от сумки, вышла Глаша. Сегодня она проработала всего шесть часов: коллега попросила подменить, ей нужно было встретить с вокзала родственников, мечтавших увидеть Ялту и покупаться в море. Чёрное бархатное небо улыбалось звёздами, на улицах повсюду сияла иллюминация, из каждого ночного кафе, как только открывалась входная дверь, слышалась весёлая музыка. Курортный город, как любвеобильная красотка, вовсю кокетничал перед гостями и старался произвести на них неизгладимое впечатление. Зевнув, девушка взглянула на часы: почти двенадцать ночи! Надо торопиться домой: это после смены дают отоспаться…

Начало: жми сюда. Инкуб, который только что «с выражением» прочитал поэму в стихах и нигде не запнулся, а потому сейчас ожидал восторгов и оваций — потерял дар речи. «Жертва обольщения» наивно хлопала глазами, переминалась с ноги на ногу и ждала ответа… от него! Впервые в жизни Дарай ибн Ошинази не знал что сказать. Нонсенс! Но, взяв себя в руки, и не показывая царившего внутри холодного бешенства, Инкуб произнёс медоточивым голосом: — Я сказал, прекрасная незнакомка, что лишь вашим нежным ручкам могу доверить своё исстрадавшееся сердце! Возьмёте ли вы его? Спасёте ли от одиночества сына магната и вашего раба навеки? Произнеся эту речь Дарай ибн Ошинази внимательно всматривался в лицо наглой…

Начало: жми сюда. Глаша, устало опустив плечи, возвращалась домой со смены. Она работала медсестрой в травмпункте, и последние сутки выдались весьма тяжёлыми. Народ, ощутив, наконец, лето, торопился нырнуть в море, пожарить шашлыки, выпить горячительного, получить разрядку всеми доступными способами… и всё это, порой одновременно. Травмпункт был забит обгоревшими на солнце туристами, с поломанными руками-ногами, а зачастую, в сильно нетрезвом виде. Одни принимали помощь с видом великомучеников, другие — пытались руководить процессом наложения гипса или зашивания ран, третьи вообще, кидались на врачей с кулаками. Тех, кто выражал искреннюю благодарность было до обидного мало. —Уфф, — вздохнула Глаша, останавливаясь на площади и вытирая пот со лба, — Сейчас домой, там у меня…

Начало: жми сюда. Выбрав столик, удобно стоящий с краю от сцены, Инкуб изящно откинулся на спинку кресла и принялся наблюдать за посетителями ночного клуба. А там вовсю шло веселье: вечер пятницы настраивал на длительные выходные, когда можно было хорошо покутить накануне и замечательно выспаться потом. Девицы, уже изрядно подогретые крепкими напитками и не менее жаркими взглядами кавалеров, вовсю отрывались на танцполе, демонстрируя все прелести своих молодых упругих тел. У кавалеров глаза туманились алкоголем, страстью, а так же предвкушением продолжения в более приятной обстановке. Тут взгляд Дарая ибн Ошинази упал на малоосвещёную нишу, где за столом сидел мужчина и тоже придирчиво оглядывал девиц. Глаза у импозантного посетителя сияли синевой, слишком яркой,…

Насвистывая мелодию, чуть ли не пританцовывая, по вечерней улице Ялты шел Инкуб. Он был молод, атлетически сложён, весьма хорош собой, как и все представители этого племени. Настроение у него приближалось к отметке «лучше и быть не может». А всё потому, что его отпустили в отпуск. Отпуск! Какое прекрасное слово! И ещё прекраснее мир, где Инкубу разрешили отдохнуть пару недель в своё удовольствие. И он собирался этим правом воспользоваться на все сто! Небо сияло тёмно-синим атласом, звёзды сверкали россыпью алмазов, фонари подмигивали жёлтыми глазами сытых котов, которых Инкуб обожал. Втягивая с наслаждением запах лета, морского бриза, пота разгорячённых человеческих тел — любитель «отношений без обязательств», как себя шутливо именовал Дарай ибн…